Блиц-удар по Шимойо PDF Печать E-mail
Автор: Роберт Маккензи   
11.03.2011 18:49

Родезийская САС наносит неожиданный удар по террористическому «нервному центру»

Рота «Ц» специальной авиадесантной службы (САС) — отборная ударная группа численностью 150 человек — уже в течение некоторого времени знала о существовании на территории Мозамбика крупной террористической базы под названием Шимойо, а также другой подобной базы под названием Тембуе. Подобно американским войскам во Вьетнаме, которые наблюдали, как вьетконговцы испарялись в соседней Камбодже, родезийские силы испытывали разочарование от того, что они наносили удары своим противникам в огневых боях внутри Родезии только для того, чтобы позволить им уползти в убежище на территории «нейтральной» соседней страны. И, подобно обстановке во Вьетнаме, было очень трудно получить у бюрократов разрешение на то, чтобы нанести удар на территории соседнего государства.

Тем не менее, в то время как американские политики повсеместно запрещали наносить наземные удары по надежным укрытиям севе-ро-вьетнамской армии в Камбодже или Лаосе, высшее командование Родезии поддалось убеждению — по крайней мере, так считал Брайен Робинсон, командир САС. В 1976 году Робинсон приказал своему офицеру разведотдела тщательно исследовать Шимойо с целью дальнейшего нанесения по нему удара.

Полеты на большой высоте над исследуемым участком позволили обнаружить огромный комплекс, расположенный на территории Мозамбика на расстоянии 56 миль от границы, состоящий из тринадцати отдельных лагерей. Аэрофотоснимок показал, что только на одном стрельбище проходили подготовку 700 бойцов ЗАНЛА (Африканской национально-освободительной армии Зимбабве). Робинсон поставил задачу перед своим разведотделом изготовить крупный объемный контурный макет комплекса, который будет использоваться в качестве наглядного пособия при планировании нанесения удара, а также для того, чтобы убедить начальство в крайней необходимости проведения этой акции. Когда макет был готов, силы безопасности Родезии захватили террориста ЗАНЛА, который покинул Шимойо всего лишь две недели тому назад. Ему показали макет и вытянули из него информацию, подтверждающую достоверность полученных разведывательных данных.

Самая крупная база ЗАНЛА

Разведывательная информация, полученная от пленного, была подробной, разоблачающей и настораживающей. Этот лагерь был самой крупной и самой важной базой ЗАНЛА в Мозамбике — главным штабом и нервным центром военной машины Роберта Мугабе, лидера ЗАНЛА. Сам Мугабе, осуществив

побег из Родезии, чтобы избежать судебного преследования за пропаганду политического насилия, руководил своими операциями из штаба высшего командования, который располагался в одном из жилых фермерских домов на территории лагеря. Тысячи бойцов ЗАНЛА из Танзании, Китая и Эфиопии, где они проходили подготовку, прибывали сначала в Шимойо перед заброской в Родезию.

Территория главной части Шимойо занимала три квадратных мили. Кроме того, было развернуто множество лагерей-спутников, предназначенных для самых раличных целей, включая даже центр подготовки женщин-боевиков. Позиции противника были крайне хорошо укреплены. Широко разветвленная сеть окопов и подземных укрытий была защищена зенитными позициями и оборудована наблюдательными вышками. Фермерские здания, когда-то принадлежащие португальским поселенцам, палатки и хижины, построенные из травы с глиной, были разбросаны по всему комплексу и использовались партизанами для жилья и складов. Крупная база ФРЕЛИМО (мозамбикской армии Фронт освобождения Мозамбика) располагалась поблизости, тем самым предоставляя дополнительную защиту. Тысячи боевиков были сконцентрированы в лагере, самодовольно полагаясь на то, что значительное расстояние от границы, надежная система противовоздушной обороны, а также близость расположения гражданских объектов и мест дислокации ФРЕЛИМО защитят их от какого-либо нападения.

Офицеры САС представили в штаб совместных операций Родезии свой план нанесения удара первый раз в ноябре 1976 года, используя в качестве наглядного пособия масштабный макет для отработки самых важных моментов операции. Руководство штаба было поражено, но ответило уклончиво и не взяло на себя никаких обязательств. Прошел год, в течение которого еще большее число террористов провело операции на территории Родезии и ускользнуло обратно через границу в свое убежище в Шимойо. Постоянно поступающие аэрофотоснимки позволили установить общее число террористов в Шимойо, которое составило приблизительно 6000 человек — к тому времени самая крупная концентрация сил противника, когда-либо встречавшаяся в Мозамбике на этой стадии войны. В сельских районах продолжала усиливаться «политизация» черного населения Родезии, главным образом, путем совершения особо ' жестоких убийств, пыток и изнасилований.

Ровно через год после первой

попытки офицеры САС еще раз представили свой план нанесения удара. Может быть, из-за того, что надежда на политическое разрешение вопроса прекращения войны постепенно угасала, или из-за того, что Женевская Конвенция не смогла обеспечить прекращение огня, и война разгоралась все сильнее и сильнее, был дан зеленый свет на проведение операции под кодовым названием «Динго». Кроме того, было принято решение сразу же после Шимойо нанести удар по Тембуе, где разместились еще 4000 партизан.

Так как обе базы расположены на территории Мозамбика на слишком большой глубине для того, чтобы ударная группа смогла незаметно просочиться до назначенной позиции, офицеры, планировавшие операцию «Динго», решили, что парашютный десант и снабжение боеприпасами и ресурсами на вертолетах являются единственным способом доставки на позицию достаточного числа войск, чтобы обеспечить успех наземного удара.

Несколько лет тому назад, пытаясь противопоставить что-нибудь тактике противника, Робинсон и его рота разработали особый способ вертикального охвата, который они назвали «коробочка». Годы борьбы с африканскими партизанами показали, что, когда они взяты врасплох, то сразу же бегут в кусты в поисках укрытия, независимо с какой стороны им угрожает опасность. В этом случае, как бы хорошо они ни были обучены — все забыто, и запланированные пути отхода, и оборонительные позиции. Даже небольшое, но организованное атакующее подразделение могло разбить наголову намного превосходящую по численности группу партизан.

Засады на наиболее вероятных путях отхода чаще всего были неэффективны, так как разбежавшиеся террористы редко пользовались ими. В случае с «коробочкой» парашютисты выпрыгивают из самолетов С-47 «Парадак», пролетающих точно по согласованным маршрутам, со скоростью один человек в секунду и приземляются вокруг цели, создавая по возможности сплошной, хотя и непрочный, периметр, охватывающий наибольшее скопление противника. Несколько измененный вариант такой тактики был выбран для операции «Динго».

Для осуществления «Динго» труднее всего было получить достаточное количество самолетов и вертолетов. Часть самолетов и вертолетов ВВС Родезии была задействована для поддержки обычных постоянно проводимых противотеррористических операций внутри Родезии. В наличии имелось несколько вертолетов, укомплектованных экипажами из Южно-Африканской Республики, но им было запрещено совершать полеты вблизи районов, где происходят боевые действия. В конце концов была собрана боевая группа, состоящая из 35 вертолетов «Алуэт III G» (десантных) и «Алуэт III К» (огневой поддержки, с 20-мм пушкой для ведения огня через боковую дверь), а также из фактически всех родезийских истребителей-штурмовиков и бомбардировщиков. Для парашютного десантирования требовалось 6 самолетов С-47 «Дакота», причем еще несколько самолетов должны были использоваться для развертывания поблизости базы административно-хозяйственного обеспечения.

Чем шире охват, тем он менее прочный

После суммирования всего количества самолетов и вертолетов, выделенных для этой операции, окончательный результат по родезийским меркам был впечатляющим, но даже таких сил едва ли могло хватить для выполнения поставленной задачи, и любая малейшая ошибка могла погубить все дело. Например, слишком много вертолетов G могло быть сбито, тогда десантникам пришлось бы совершить на свою базу марш-бросок протяженностью не менее 90 км по территории противника, уже уведомленного о нападении. Потеря даже 10 самолетов и вертолетов парализовала бы ВВС Родезии.

Постепенно план нанесения удара по Шимойо принял свои окончательные очертания. Было известно, что 4000 из приблизительно 6000 боевиков ЗАНЛА в Шимойо хорошо обучены и полностью вооружены. Общепринятая военная доктрина предписывает, что атакующая сторона должна иметь превосходство в соотношении три к одному. Родезия могла, используя даже все имеющиеся в наличии самолеты и вертолеты, доставить к цели за один раз не более 200 десантников. Поэтому каждое потенциальное преимущество в вооружении, тактике и психологии необходимо было тщательно изучить для использования в этой операции.

Фактор внезапности — это как раз то, что должно было иметь первостепенное значение. Чтобы добиться его, были приняты жесткие меры по обеспечению секретности подготовки к операции. Например, силы, задействованные в операции, были собраны и проинструктированы только за день до выступления. Также были приняты необычные для Родезии меры по изоляции этих сил и по отключению телефонной связи. Чтобы ввести в заблуждение подслушивающие посты противника, был запланирован высотный полет авиалайнера DC-8 над вражеской территорией как раз в то время, когда все боевики в Шимойо обычно собирались на утреннюю перекличку. Офицеры, планировавшие операцию, надеялись на то, что собравшиеся вместе боевики, которые обычно разбегаются при шуме двигателя любого самолета, успокоятся, увидев на большой высоте инверсионные следы авиалайнера, а также на то, что шум двигателя авиалайнера перекроет звук приближающейся ударной авиации.

В час «Ч» 8 истребителей-бомбардировщиков «Хокер Хантер» должны были с шумом ворваться в воздушное пространство лагеря, засыпать противника бомбами и подвергнуть его огню из пушек. Сразу же вслед за ними должны были нанести удар 4 бомбардировщика В-57 «Канберра» с малой высоты, 6 стареньких реактивных истребителей «Вампир» с большей высоты и 12 самолетов «Цессна» (известные под названием «Рысь» в ВВС Родезии и «0-2» в ВВС США), оснащенные бомбами, ракетами и пулеметами. Перед тем как последний самолет из ударной группы покинет зону, 97 десантников САС и 48 парашютистов из состава легкой пехоты Родезии должны были десантироваться с двух сторон Шимойо, а 40 солдат легкой пехоты приземлиться на 10 вертолетах G с третьей стороны. 10 вертолетов К имели задачу огнем из пушек закрыть «коробочку» с четвертой стороны. Командир САС должен был с борта вертолета управления контролировать ход боя непосредственно над лагерем. Задачей 10 южно-африканских вертолетов G была доставка боеприпасов и материально-технического обеспечения на базу управления и боепитания, которую планировалось развернуть силами еще одной группы парашютистов.

Чтобы определить лучший способ бомбометания, а также согласовать время и последовательность подлета самолетов, были проведены учения на местности, схожей с местностью в Шимойо. Начальники парашютной службы САС и ВВС отточили технику десантирования по методу «коробочка». Были отпечатаны сложные схемы радиосетей с указанием рабочих частот, а также были подготовлены к печати для всех летчиков и наземных командиров аэрофотоснимки отличного качества с накладными сетками.

В конечном итоге, ударная группа была сформирована и размещена в изоляции на военно-воздушной базе Нью-Сарум для получения окончательных приказов и завершения подготовки к бою. 23 ноября 1977 года армада поднялась в воздух, начав первую фазу операции «Динго».

Будучи командиром группы «А», я стоял у двери своего самолета «Дакота». Мимо просвистели красная и зеленая ракеты, сигнализируя, что в 150 метрах под нами начался бой за Шимойо. Естественно, полет одинокого авиалайнера ввел в заблуждение боевиков ЗАНЛА. Они, как и планировалось, собрались на утреннюю перекличку, когда ровно в 07.50 начали падать первые бомбы. Огромные столбы черного дыма и пыли окутали лагерь, и я наблюдал, как тысячи боевиков внизу бегали по кустам в поисках укрытия. Я видел, как последние «Вампиры» и «Хантеры» спикировали на свои цели и быстро умчались, освободив путь для транспортных самолетов и вертолетов. Зная, что пришла моя очередь, я снял шлемофон, с помощью которого следил за ходом боя, и надел свою каску.

За день до этого я говорил своим людям взять, как минимум, 600 патронов на каждую винтовку, 1500 патронов на каждый пулемет РПД, по 4 осколочных гранаты на каждого в дополнение к обычному боезапасу из гранат РПГ-7, фосфорных и дымовых гранат белого цвета, а также медицинское оборудование, сухой паек, радиостанции с батарейками и бронежилеты. При определении стрелкового вооружения выбор пал на винтовки ФН ФАЛ, а не на автоматы АК-47, так как они обладают сверхубойной силой и способны вести огонь гранатами (две фосфорных и две осколочных гранаты на каждую винтовку для этой операции). Мои люди сразу же на земле должны были присоединить к винтовкам штыки, как для психологического преимущества, так и для экономии боеприпасов в ближнем бою.

Из опыта я знал, что в бою мы сможем захватить достаточно боеприпасов для наших пулеметов, ну а если обстановка на самом деле будет очень серьезной, то мои люди смогут, вероятно, воспользоваться брошенными противником автоматами АК. И все же, из-за того, что группа из 200 человек атакует 6000 окопавшихся боевиков, я сильно беспокоился, хватит ли нам боеприпасов. От нашего летчика поступило предупреждение о двухминутной готовности, и это беспокойство было подавлено более срочными заботами.

Внутри переполненного самолета мои люди уже стояли, прицепляя карабины парашютов и завершая предпрыжковые проверки. Последний взгляд, брошенный из двери самолета, открыл передо мной пейзаж со вздымающимся дымом и пылью, и я увидел, что другое подразделение моей группы «А» начало выпрыгивать из самолета, который летел впереди и несколько ниже нашей «Дакоты». Снаружи снаряды разрывались подобно кукурузе на сковородке. Подняв большой палец, я дал подбадривающий знак Коосу Лоотсу, своему старому товарищу, темнокожему сержанту группы, а также своим людям — приумолкнувшим, вспотевшим после часового перелета. Включился зуммер, загорелась зеленая лампа, и они стали, шаркая, подходить к двери и выпрыгивать — снаряжение весом 25-30 кг болталось под их запасными парашютами, делая выход из самолета менее привлекательным.

«Твою мать! Скорее бы выпрыгнуть из этой летящей цели», — подумал я, когда первый человек вывалился из двери самолета. С интервалом в одну секунду (что, по подсчетам, разбросает десантников на земле на 20 м друг от друга) мы прыгали в круговорот из пуль и дыма. Удерживаемый подвесной системой парашюта и планируя вниз с высоты 150 метров, я мог видеть внизу боевиков, бегущих через заросли кустов и беспорядочно стреляющих с плеча в воздух. Я произнес краткую молитву в благодарность богу за то, что большинство африканских боевиков демонстрируют никудышную меткость и дисциплину стрельбы, и был рад видеть, как длинная линия зеленых куполов тихо спускалась через нежное тепло воздуха и дымку в этот настоящий бедлам. Мои ботинки с треском врезались в ветви мопани (название дерева), пробивая себе путь вниз, и остановились на высоте 20 см от земли.

Ударив по коробке расцепляющего устройства, я выпал из подвесной системы и спрятался за дерево. Так начался мой первый день в Шимойо.

Окончание статьи «Блиц-удар по Шимойо» будет напечатан в следующем номере «Солдата удачи». Майор Роберт Маккензи, ветеран САС Родезии, армии США и Южно-Африканской Республики, а также сил обороны Транскея, является редактором-консультантом журнала «Солдат удачи» по боевым действиям с применением специальных методов. *

Обновлено 11.03.2011 19:06
 
 

Яндекс.Метрика

Рейтинг@Mail.ru