Home Для профессионалов Профи ТЕЛОХРАНИТЕЛИ НА БАЗЕ СПЕЦНАЗА

ТЕЛОХРАНИТЕЛИ НА БАЗЕ СПЕЦНАЗА PDF Печать E-mail
Автор: Роб Кротт   
10.03.2011 23:10

 

«Солдаты удачи» и участники Международной ассоциации телохранителей обучают латвийские и эстонские отряды по борьбе с террористами

Текст и фото Роба Кротта

Тра-та-та! Тра-та-та! Треск автоматов разорвал тишину соснового бора и свежий ароматный утренний воздух наполнился запахом бездымного пороха. Если бы пять лет назад мне сказали, что в этот самый день я буду стоять в самом сердце Латвии на полигоне базы спецназа, солдат которого такие парни как Сталлоне в фильме «Рэмбо: Первая кровь» давили, как мух , то я бы рассмеялся.

Я думал, что такое место я мог бы увидеть, лишь вися на парашюте в ожидании пули и всматриваясь через носки своих десантных ботинок на приближающиеся зеленые лужайки. Либо так, либо по дороге из камеры для допросов под конвоем ватаги «Борисов», которые превратили бы меня в появляющуюся мишень.

Но ничего подобного. В действительности я стоял там счастливый, насколько это возможно, с советским пистолетом Стечкина, наблюдая за струйкой голубого дымка, идущего из ствола. Конечно, я находился в окружении латышей, которые, если не испытывают ненависти к русским, то, по крайней мере, недолюбливают их. Причем сильно. Русские же располагались всего на расстоянии нескольких сотен метров от нас. Латвийская пресса называет их «оккупационными войсками».

Я находился здесь под покровительством хорошего друга - Джима Шорта, генерального директора Международной ассоциации телохранителей (МАТ), с которым я в последний раз встречался в 1992 году на собрании «солдат удачи». В прошлом Джим был сержантом воздушно-десантных войск британской территориальной армии, впоследствии некоторое время воевал в Афганистане на стороне местных моджахедов, спасаясь от некоторых из тех солдат спецназа, которых он теперь называет друзьями.

Последние несколько лет Шорт провел в Прибалтике, обучая телохранителей для членов правительств Латвии и Эстонии. Он обучал эстонцев в декабре 1990 года в Таллинне (Эстония) и принял там участие в защите телецентра. Позже он обучал телохранителей для членов латвийского правительства, а в январе 1993 года организовал и обучал отряд специального назначения по борьбе с терроризмом и спасению заложников в Латвии. Он также обучал личный состав вооруженных сил и полиции в Польше, Камеруне, Папуа (Новая Гвинея), на Украине и в Афганистане. Однажды Джим спросил меня, не хочу ли я поехать в Прибалтику. Он собирался преподавать в Эстонии и Латвии некоторые дисциплины (ближний бой, стрельбу из огнестрельного оружия, подрывное дело, приемы рукопашного боя). Это звучало смешно.

Подготовка и снаряжение

Джим посоветовал мне прихватить с собой личное оружие. На прибалтийских улицах совершается большое количество преступлений. Главную проблему составляет организованная преступность, и недавно Джим был вовлечен в перестрелку (попытка нападения) с членами русской преступной группировки в рижском ночном клубе. К тому же эстонцы и латыши одобрили эту идею, а всегда приятно носить с собой оружие на улицах иностранного города с разрешения местных парней. Я взял с собой пистолеты «Кольт» калибра 0,45 и «Берса» модели 83,380.

Прибыв в отель «Олимпия», я позавтракал икрой, переоделся в джинсы, обменял несколько долларов и вышел прогуляться на рынок вместе с тремя европейцами, членами Международной ассоциации телохранителей (МАТ). Они и еще двадцать шесть других профессиональных телохранителей находились здесь для того, чтобы пройти курс комбинированного обучения, а также отдохнуть на каникулах.

Курс обучения представляет собой то, что члены Международной ассоциации телохранителей называют «специальной подготовкой специалистов с применением спецсредств». Эти курсы организуются на международном уровне и функционируют круглый год. Их цель состоит в повышении квалификации в таких областях, как применение импровизированных взрывных устройств, борьба со снайперами, ближний бой, обращение с огнестрельным оружием, ведение электронной контрразведки, а также вождение автомобиля с осуществлением охраны. Курсы по изучению применения спецсредств организуются при содействии местных органов власти и правоохранительных органов в таких районах, как Россия, Крым и государства Прибалтики, так как стоимость аналогичных средств и обучения на Западе слишком высока.

Обучение включает в себя теоретическую подготовку, показ и практические занятия. Ассоциация имеет свое собственное оборудование для обучения и постоянно пополняет его запасы. Квалификация членов Международной ассоциации телохранителей не имеет аналогов, она получила международное признание и подтверждается многочисленными примерами успешного обучения телохранителей как для членов правительств, так и для частных лиц во всем мире, начиная с 1957 года. Как пишет Шорт в своей брошюре, посвященной Международной ассоциации телохранителей, «Международная ассоциация телохранителей не имеет себе равных, так как никто не может подойти под ее стандарты и побить ее рекорды».

Бывшие враги теперь - наставники

На следующий день мы предприняли трехчасовую поездку на автобусе в Латвию. На старой базе Советской Армии, где теперь находится Латвийская Академия национальной обороны, я встретил майора Алексиса Коносонокса, бывшего десантника советского спецназа. Алекс стал инструктором 4-й бригады спецназа, а позднее вступил в специальный отряд МВД . Он занимает пост заместителя начальника правительственной службы безопасности Латвии Valdibas Apsardzes Parvalde (VAD), а также является ответственным офицером отряда по охране президента и высших должностных чинов. Алекс - один из немногочисленных представителей русскоязычного населения с латвийским паспортом. Странно работать вместе с человеком, который тебе нравится и которым ты восхищаешься, зная, что когда-то вы были заклятыми врагами.

VAD аналогична нашей секретной службе. Она состоит из отряда сопровождения (телохранителей), отделения водителей, отдела по расследованию преступлений и специальной группы по борьбе с терроризмом SIG (подразделение «Дельта»). Под эгидой Министерства внутренних дел она в полном объеме выполняет роль секретной службы.

На бывшем полигоне спецназа я провел вторую половину дня, наблюдая, как спецгруппа отрабатывала некоторые упражнения, включая обезвреживание террористов и освобождение заложников. Команда по борьбе с терроризмом состояла из профессионалов, атлетически сложенных и беззаветно преданных делу молодых людей, многие из которых являлись ветеранами КГБ, МВД, спецназа и парашютно-десантных войск. Меня поразило то, как они отрабатывали наступательные упражнения: быстро и профессионально атаковали городские фасады, тактически грамотно проникали в окна и эффективно взаимодействовали друг с другом. Они не растерялись при применении слезоточивого газа, успешно обезвредили «террористов» и освободили «заложников».

На вооружении членов группы SIG в качестве личного оружия состоят пистолеты Макарова, а также автоматы АКСУ-74. Бронежилеты, шлемы, ярко синие комбинезоны и белые майки, украшенные эмблемой VAD, составляют их стандартную униформу.

После показных занятий по освобождению заложников состоялись занятия по подрывному делу с применением демонстрационных комплектов, которые использовались в спецназе и КГБ. Под руководством Коносонокса группа упражнялась преимущественно с пластиковой взрывчаткой фирмы «Semtex», которая ранее производилась в Чехословакии и пользуется наибольшей популярностью у террористов. Всем понравилась демонстрация подрыва бомбы, заложенной в автомобиль, с применением как плоской пластиковой взрывчатки, так и зарядов, усиленных бензином. Имитационный бензобак в старом разбитом седане был заполнен бензином, поэтому зрелище оказалось эффектным: яркий огненный шар выкатился в воздух, объяв машину пламенем. Это как раз одно из таких явлений, с которыми современные телохранители должны бороться.

В процессе изучения оружия и во время практических стрельб каждый имел возможность пострелять из ручного пулемета Калашникова РПК, автоматов АКС-74, АК-74, АКМ (использующих специальные дозвуковые боеприпасы калибра 7,62x35 мм) и из снайперской винтовки Драгунова СВД. Позднее я стрелял очередями из автоматического пистолета Стечкина с подсоединенной к нему в качестве приклада кобурой. Он мне пришелся по душе.

Пистолет Макарова ПБ-69, снабженный глушителем, представляет собой красивую маленькую игрушку. Прицельная сетка со слабой подсветкой состоит из двух тритиевых точек, расположенных по вертикали, в отличие от западных пистолетов, имеющих трехточечную прицельную систему. Поскольку на черных рынках Запада он стоит порядка 1000 $ США, европейские телохранители, несомненно, встретятся с этой страшной игрушкой.

Я также познакомился с пистолетом ПАМ калибра 5,45 мм, очень редко встречающимся на Западе, с последней модификацией 30-мм гранатомета БГ-15 (ГП-25 «Костер»), а также с пулеметом КС-23, рассчитанным на применение патронов калибра 23 мм и призванным защищать российские законы. Этот мощный пулемет может стрелять самыми разнообразными патронами, включая патроны, начиненные газом CS. На занятиях телохранители ознакомились со всеми этими типами оружия, а также с ручным противотанковым гранатометом РПГ-7В, обычным оружием террористов и убийц. Стрельба производилась из всех видов оружия, за исключением ручного гранатомета.

Защитники свободной Эстонии

На следующее утро после проведенного накануне дипломатического приема мы отправились на бывшую базу советского спецназа в Вильянди, расположенную в южноцентральной части Эстонии. Сейчас это учебный центр «Кайцелиит». «Кайцелиит» переводится с эстонского примерно как «национальная гвардия Эстонии». Она составляет основу сухопутных сил обороны Эстонии. В нее входят 18 батальонов - все состоят из добровольцев преимущественно пожилого возраста.

Я удостоился чести работать и проходить обучение вместе с несколькими бойцами из Кайцелиита. Некоторые из них все еще вооружены наганами Мосина образца 1891 года со скользящим затвором. Многие из них воевали в немецкой армии против «красных», а в 50-х годах они и их сыновья сражались в антикоммунистических партизанских отрядах, известных как «лесные братья». Предполагается, что некоторые из этих прибалтийских партизан продолжали оказывать вооруженное сопротивление советским захватчикам даже в 70-е годы (Эстония была свободной только 22 года, до того момента, когда Советы вторглись на ее территорию в июне 1940 года).

На базе в Вильянди мы в основном изучали пулеметы и винтовки со скользящим затвором. Там развернуто три отдельных стрельбища, на которых используются старые советские фигурные мишени.Упражнения в стрельбе с перебежками из ружей «Ремингтон» 12-го калибра, принадлежащих Международной ассоциации телохранителей, пришлись по душе кайцелиитским офицерам, а члены МАТ с удовольствием постреляли из старых наганов Мосина. Позже Джим переключился на гранатомет РПГ-22, который англичане называют «Шестьдесят шесть», грубую копию американской легкой противотанковой ракеты LAW.

Единственную «потерю» мы понесли после завершения учебного цикла. Однажды рано утром один из эстонских полицейских, по имени Слава, прикомандированых к отделению по борьбе с рэкетом (русский по происхождению, родом из Одессы), захотел посмотреть мой пистолет «Берса» калибра 0,380. Он стал отрабатывать различные приемы в вестибюле самого шикарного таллиннского туристического отеля «Олимпия». Арвед Лиивранд, директор эстонской службы безопасности, подошел к нему и отругал его.

Нас попросили спрятать оружие и не выставлять его на всеобщее обозрение, так как некоторые из парней, тренируясь, перебегали улицу, и у каждого из них была видна кобура с пистолетом. Какая-то старушка, увидев это, позвонила в полицию и сообщила, что по улицам Таллинна бегает группа иностранных террористов, насчитывающая тридцать человек. Она описала внешность и личность одного или двух из них. Описание было на удивление точным.

Несколько позже в тот же день я находился в баре и пил «Колу» с четырьмя парнями. Слава опять захотел посмотреть мою «Берсу». Парень не отставал от меня и я вытащил свою «игрушку» 0,38-го калибра, и, прежде, чем передать ее ему, извлек магазин и разрядил пистолет. Пока пистолет совершал свой путь вокруг стола, я объяснял принцип действия безопасных пуль «Glaser». Этого оказалось не достаточно для Славы, который достал свой пистолет Макарова для сравнения.

Ох! Ах!

Рассматривая пули, Слава решил, что они одного калибра с пулями его пистолета Макарова и, конечно, должны к нему подойти. Я попытался возразить, но что-то отвлекло меня от Славы и я повернулся к остальным товарищам. Вот тогда это и произошло. Бах!... и воздух наполнился запахом пороха. Мы все сразу посмотрели друг на друга, осознавая, что Слава только что разрядил свой пистолет Макарова под столом. Я сидел слева от него и почувствовал, как что-то ударило меня по правой лодыжке. Слава, устремив взгляд между ног и вытянув руки ладонями внутрь, забормотал: «Нет проблем, нет проблем!» И тогда я подумал: «Черт возьми, он не пострадал». Другие выглядели ошеломленными, но с ними было все в порядке. Все удивленно молчали, никто вокруг не прыгал и не кричал. Никто не корчился на полу, но все мы ждали, что кто-нибудь неожиданно обнаружит у себя огнестрельное ранение. Потом я увидел кровь, которая капала на пол. Кровь была и на моей куртке. Я посмотрел на свою правую ногу. В трех дюймах от нее лежала щепка от ножки стола и осколки были на моей штанине. О, черт!

Между тем Слава продолжал повторять: «Нет проблем». Тогда я осторожно осмотрел свою ногу. Я был невредим, но, нагнувшись под стол, я увидел, что кровь капает из Славиной руки. Я крикнул Стиву, английскому солдату, чтобы он позаботился о машине, а сам пошел в бар и выдернул салфетку из-под подноса со столовым серебром. Бармены надолго ушли. Позже Стив заметил, что передвигались они очень быстро - обычный опыт выживания в городе с большим количеством организованных преступных элементов, где КГБ имеет привычку тащить всех участников и свидетелей перестрелки на допрос. Я обернул салфетку платком и перевязал Славе руку.

Слава предпочитал оттягивать затвор, взявшись за него сверху левой рукой (а не зажав его заднюю часть между большим и указательным пальцами), в то время как указательный палец его правой руки безмятежно покоился на спусковом крючке. В результате непроизвольного выстрела (который впоследствии стали называть «сделать как Слава») пуля прошла через мягкую ткань с внешней стороны его левой ладони как раз позади мизинца. В этом месте образовалось превосходное черно-синее отверстие. Я перевязал Славе руку и обернулся, чтобы позаботиться о своем пистолете. «Где мой пистолет?» Его нигде не было.

Огладевшись, я увидел, что исчез и пришедший с нами ирландец. И я понял, что Дэйв, опытный ирландский полицейский, уже обезопасил мой пистолет и сам покинул отель. Слава стал вытирать кровь с пола своим носовым платком. И все время он повторял: «Нет проблем, нет проблем».

К счастью, Славина рана оказалась неопасной и мне не пришлось за это отвечать, поэтому мы все (за исключением Славы) немного посмеялись над этим случаем за пиццей и пивом в отеле «Палас». Я совсем забыл, что уже почти снял свою куртку, чтобы использовать ее для перевязки, когда увидел, что это было обычное сквозное огнестрельное ранение. Впрочем, Дэйв напомнил мне об этом: «Это, наверное, чертовски дорогая спортивная куртка, зря ты это делаешь». Позднее над Славой иногда подтрунивали, но он воспринимал это вполне естественно и не обижался. Непроизвольные выстрелы иногда случаются, и как сказал потом один из парней: «Слава прострелил себе руку, но могло быть и хуже... на его месте мог быть я».

Эстонская секретная служба заняла в Таллинне бывшие казармы и кабинеты КГБ и уже «положила глаз» на его бронированные лимузины, чтобы предоставить их в распоряжение Международной ассоциации телохранителей. В тот вечер состоялось очередное протокольное мероприятие. На этот раз дипломы об окончании курсов МАТ вручали Приит Келдер, старший советник комитета эстонской национальной полиции, и майор Коносонокс.

Лимузины, спецназ и мафия

Затем телохранители отправились в отель «Олимпия» на дискотеку для отработки практических навыков. Мы не имели понятия, как нам придется действовать. Это был именно тот четырехзвездочный ночной клуб, о котором писала «Независимая Прибалтика», потому что несколько месяцев назад восемь ребят Джима опробовали свои пистолеты около его входа. Это также хорошо известное место сбориша организованных преступных элементов. Как обычно, там было полно иностранных бизнесменов, дипломатов, состоятельных эстонцев, первоклассных проституток и, конечно, русских мафиози. Русским гангстерам не нравилось то, что в их клубе собирались прилично одетые и спокойно разговаривающие иностранцы, которые уводили с собой самых красивых женщин.

Меня представили одному здоровяку, бывшему десантнику-спецназовцу, который принялся угощать меня крепкими коктейлями, предложив соревнование, кто кого перепьет. Для меня это не составляло проблемы, так как за шесть лет учебы в колледже это был единственный опыт, который я приобрел. Наблюдая за ним краем глаза, я заметил, что он подменил свой напиток пустым стаканом - старый трюк. Я притворился, что не заметил, как он подменил три стакана, а потом схватил его за руку и сказал: «Это четвертый, афганец».

Я стал продвигаться к выходу, но он схватил меня за руку и попытался утащить в сторону, где сидели его дружки из мафии. Проталкиваясь через толпу, я вырвался, но он попытался загнать меня в угол возле двери. Я прислонился спиной к стене на случай, если его приятели попытаются что-либо предпринять. Двое ребят из ассоциации телохранителей быстро прикрыли меня с флангов. Марк Ятес спас меня, вышвырнув моего «приятеля» за дверь и охладив его пыл, в то время как швейцар в дверях внимательно разглядывал свои ботинки, а затем толкнул его в канаву. Вот для чего предназначены телохранители.

Бывший «солдат удачи», бывший десантник Роб Кротт, старший корреспондент журнала «Солдат удачи» за рубежом

 

Обновлено 12.03.2011 20:43
 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

 

Яндекс.Метрика

Рейтинг@Mail.ru