Home Журнал «Солдат удачи» Солдат удачи №010 Я спас Витаутаса Ландсбергиса?

Я спас Витаутаса Ландсбергиса? PDF Печать E-mail
Автор: Феликс Меркулов   
26.06.2011 09:42

 

Фото автора

Весной 1991 года в Литве сложилась ситуация, когда резкое обострение ситуации было на руку и приверженцам независимости, и сторонникам СССР. Конечно, официально этого никто не признавал, но по ряду признаков было видно, что обе стороны рассчитывали использовать на пользу себе любое обострение.

А поводов для обострения ситуации было более чем достаточно.

Съезд

22 мая 1991 года в местечке Мостишки, расположенном на востоке от Вильнюса в нескольких километрах от границы с Белоруссией, должен был состояться Второй съезд депутатов самоуправлений польских районов Литвы. В так называемом Вильнюсском крае — районах Литвы с преобладанием польского населения — население опасалось линии руководства на отделение от СССР. Понятно, что польский вопрос имел большое политическое значение, и поэтому 22 мая в Мостишках было запланировано выступление тогдашнего председателя Верховного Совета Литовской ССР Витаутаса Ландсбергиса.

Я работал тогда в редакции республиканской газеты на польском языке. Естественно, мы не могли обойти съезд вниманием, хотя он готовился в атмосфере какой-то странной секретности, и точные сведения о месте и дате его проведения мы сумели получить только накануне вечером.

 

За полчаса до начала съезда мы — я, фотограф и водитель — приехали в Мостишки. Съезд должен был проходить в актовом зале правления, и ко времени нашего приезда вокруг здания было уже довольно много людей и машин.

Разыскивая в толпе тех, кто мог бы представлять интерес для газеты, я вдруг случайно встретился глазами с неизвестным мне человеком — и их странное выражение сразу врезалось мне в память. Я невольно задержал взгляд на нем. Помню усы и светлое просторное пальто или плащ — не по теплой погоде.

За несколько минут до начала приехали литовские лидеры: Ландсбергис, Озолас и другие. Явно видимой охраны с ними было только двое: высокие парни, в ушах черные шайбочки телефонов с проводком, уходящим в карман.

Загадочный плащ

После выступления Ландсбергиса объявили перерыв. Ландсбергис намеревался покинуть зал. Его проводили довольно тепло, девушки в польских национальных костюмах подарили ему огромный букет.

Я вышел из зала в числе первых и стал неподалеку от крыльца, рассчитывая не пропустить тех, чьи отзывы хотел видеть в очередном номере газеты. И тут снова увидел того в плаще. Рядом с ним стоял еще один мужчина, такой же серый и не запоминающийся.

Смутное ощущение опасности вновь шевельнулось у меня в душе. За год до этого я в качестве военного корреспондента был в Баку во время тех трагических событий. Тогда другой усач выхватил из-под светлого плаща дробовик и попытался разрядить оружие в группу офицеров, в которой находился и я. Не успел: его в секунду «повязали», но я запомнил взгляд террориста — не злобный, а скорее печальный...

А дальше события развивались так.

Краем глаза я улавливаю, как из здания показывается Ландсбергис со свитой. Мое внимание привлекает усатый, который вдруг выкрикивает: «Езжай отсюда, козел!» Впрочем, возможно, это голос того, кто стоит с ним рядом. Рука под полой плаща. Неестественное, нервное движение. У меня возникает непреодолимое желание срочно уйти в сторону. Мои движения сковывают какие-то цветы, непонятно как оказавшиеся под ногами. Я делаю прыжок через них — получается, что прыгаю прямо в сторону усатого. Смотрю на того — но усатый уже отвернулся. Я оборачиваюсь — Ландсбергис почти у своей машины, но его едва видно в плотном кольце свиты. Наконец, он уезжает...

Еще раз я увидел усатого, когда по дороге в Вильнюс после окончания съезда редакционная «Волга» обогнала другую машину. На левом заднем сиденье — у окна — сидел усатый. В руках у него был револьвер...

Четыре года спустя

Об этом эпизоде я долго никому не рассказывал. Не до того было, да и принцип «меньше знаешь — крепче спишь», не слишком подходящий для журналиста, мне в той обстановке все же был хорошо понятен.

Четыре года спустя я снова приехал в Мостишки, пытаясь восстановить и проанализировать весь ход событий. Вот здесь стоял «злоумышленник» — рядом с елью с густыми нижними ветвями. Сюда легко незаметно сбросить оружие после выстрела — никто и не заметит, и найдут не скоро. Уйти же отсюда — легко: сзади и справа перекресток дорог, автобусная остановка, частные постройки.

Дорожки возле здания расположены так, что между позицией у ели и маршрутом Ландсбергиса — газон. Здесь по газонам не ходят, так что можно быть уверенным, что никто не возникнет внезапно на линии стрельбы.

А вот здесь стоял я. И отпрыгнул в сторону «стрелка»>, оказываясь еще как бы между ним и «целью». Чем, возможно, усатого и испугал.

Бывший руководитель службы охраны Верховного Совета Литвы Артурас Скучас в ответ на мой вопрос сказал: «Да, что-то в Мостишках действительно происходило. Хотя не только там. Нами было зафиксировано еще как минимум три эпизода, которые мы квалифицировали как попытки покушения на Ландсбергиса».

Первая была в феврале 1991 года. Скучас — профессиональный стрелок, мастер спорта. Он и другие сотрудники охраны слышали выстрел в тот зимний день накануне опроса населения по вопросу независимости Литвы. Дело было в районе какой-то новостройки в Вильнюсе. По мнению Артураса, стреляли скорее всего из СВД.

Второй случай произошел на западе Литвы, вблизи границы с Калининградской областью. Тогда шоферу чудом удалось избежать столкновения с тяжелым грузовиком. Что касается третьего эпизода, то Скучас лишь отметил, что он связывается с деятельностью ГРУ на территории Литвы.

В прессу указанные эпизоды не попали.

По словам Скучаса, КГБ был очень силен в Вильнюсе, но в сельских польских районах активнее работало ГРУ. По мнению Скучаса, именно ГРУ и могло подталкивать какие-то силы на провокации — в том числе в Мостишках.

Служба охраны имела информацию о возможности провокаций. Не случайно в тот день кортеж председателя ВС Литвы добирался до места назначения по грунтовой дороге, которую Скучас не смог при мне найти даже на крупномасштабной карте и в компьютерной базе данных! Что-то неладное заподозрила разведка, которая засекла в районе Мостишек автомобиль, которого там в тот день быть не должно было. Возможно, было еще что-то, о чем Скучас предпочел не распространяться, что заставило быть начеку и принять дополнительные меры предосторожности.

Съездив в Литву, я встретился в Москве с бывшим начштаба 9 Управления КГБ Валерием Величко. «Нам ничего не было известно о подготовке терактов в Литве, — сказал он. — Все крупные экстремистские организации являются предметом разработки спецслужб, и, как правило, там есть агентура. Если говорить о спонтанно возникшей группе, то и в отношении ее возможна оперативная разработка, ведь для подготовки теракта надо иметь информацию о маршруте передвижения, протоколе, и т. п.»

Остается версия террориста-самоубийцы, фанатика. Однако пока никто не может точно ответить, что же именно произошло в Мостишках четыре года назад.

 

Обновлено 26.06.2011 09:50
 
 

Яндекс.Метрика

Рейтинг@Mail.ru